«Их реально доводят»: как Вологодчина стала столицей банкротств

Вологодская область последние три года бьет рекорды по числу личных банкротств на душу населения. Русская служба Би-би-си рассказывает, как регион с населением чуть более 1 млн человек стал центром индустрии российских банкротств.

«Я уже вешаться хотела и чего-то [духу] не хватило. Столько долгов, все звонят, все пишут», — рассказывает Анна из небольшого поселка Вожега (имя изменено по просьбе героини).

Вожега — маленький поселок примерно в 170 километрах от Вологды. Здесь живут около 6 тысяч человек. В поселке работают минимум пять микрофинансовых организаций.

Несколько лет назад Анна приехала сюда из соседнего городка — консультировала и обучала продавцов сети «Магнит», а заодно работала завхозом. В Вожеге она познакомилась с Виктором и решила остаться.

Они поженились и купили квартиру в ипотеку в Вожеге. Кредит оформили на Анну, так как Виктор получал лишь белую зарплату. Он занимался строительством и ремонтом и ездил на заработки в Москву. Анна же получала около 18 тысяч рублей в месяц, из которых 12,6 тысяч рублей отдавал по ипотечному кредиту.

Муж раз в несколько месяцев высылал ей небольшие, по ее словам, суммы денег. Анна исправно платила ипотеку, но на оплату «коммуналки» уже не хватало.

Виктор начал делать ремонт в их новой квартире. Снял полы в одной из комнат, под ними оказалась голая земля.

Прошло уже несколько лет. Эта комната с земляным полом так и стоит. Виктор ремонт забросил, начал пить, громил квартиру, выкидывал мебель и бил Анну.

«Товароведом работаешь, на складе можно принимать товары, заныкаешься там и не видно фингалов», — так она описывает свою жизнь.

Покой для нее наступал, когда муж уезжал в Москву на заработки. Анна жила в одной из комнат, где сохранился пол.

В один из приездов Виктор тайком забрал ее кредитную карту и потратил 60 тысяч рублей. Возвращать этот кредит возможности уже не было.

Закончилось все тем, что Анна оказалась должна 1 млн рублей — по ипотеке, коммунальным платежам и по кредитной карте.

Она сбежала от мужа к старому другу, за которого через какое-то время вышла замуж и забеременела.

Платить за ипотеку в декрете она уже не могла, у нового мужа был свой кредит за квартиру. Банк подал на нее в суд, ей начали звонить сотрудники банка, а затем и судебные приставы.

О возможности объявить банкротство Анне по телефону рассказала представитель банка. «Выход только такой — или в петлю, или банкротство», — вспоминает Анна.

Закон о банкротстве физических лиц — положения, введенные в 2015 году в федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)». Они дали возможность россиянам получить статус банкротов — в тех случаях, когда суммарный объем задолженности превышает 500 тысяч рублей, а просрочка составляет более трех месяцев. Гражданин, признанный банкротом, в течение пяти лет не имеет права брать кредит, не указывая, что он банкрот, а в течение 3 лет не может занимать управляющие должности. Формально физ. лица могут подавать на банкротство каждые 5 лет, что позволит некоторым стать серийными банкротами. Банки вынуждены создавать под заемщика с длительной просрочкой повышенные резервы. Кредитным организациям выгодно банкротство заемщика, если у него большой объем имущества, продажа которого может покрыть долги, говорит ведущий аналитик по банковским рейтингам «Эксперт РА» Екатерина Щурихина.

Анна нашла нашу компанию ООО «АльфаГрупп», которая за 70 тысяч рублей занялась ее банкротством. По рыночным меркам это было дешево, в среднем такие услуги в регионе обходятся в 70−100 тысяч рублей.

Не имея возможности платить по кредиту, она платила юристам по 7 тысяч рублей в месяц из ежемесячного пособия на ребенка. На жизнь оставалось около 2 тысяч рублей. В какой-то момент родители мужа рефинансировали один из своих кредитов, чтобы найти для Анны 50 тысяч рублей на оплату услуг юриста.


Летом 2017 года суд признал ее банкротом. Все долги по ипотеке перешли на ее бывшего мужа, который был поручителем по кредиту. Он вскоре тоже подал на банкротство.

Как люди попадают в долговую яму?

В Вологде живет более 300 тысяч человек. Ямы на дорогах и разрушающиеся деревянные исторические дома соседствуют со множеством магазинов и кафе. На одной из небольших торговых улиц в центре расположены офисы семи микрофинансовых организаций и несколько отделений банков. Рядом — магазины сотовой связи, свадебные салоны и сети по продаже парфюмерии.

Почти на каждой доске объявлений, которыми усеян город, висит реклама микрофинансовых организаций, обещающих лучшую жизнь или решение проблем. По мнению генерального директора ООО «АльфаГрупп», основной причиной банкротств является низкий уровень жизни в Вологде. Зарплата в городе редко превышает 30 тысяч рублей, люди берут кредиты и просто их проедают.

Ирина Гусарова указывает на финансовую неграмотность населения: «Люди перекредитовываются. В связи с тем, что у них наступает платеж, они берут новый кредит и не понимают, что тем самым они еще больше в эту финансовую яму проваливаются». Одна из клиенток нашей компании поругалась с дочерью. Примерно год она не могла наладить с ней контакт и очень переживала. От отчаяния женщина пошла к экстрасенсу, взяв 200 тысяч рублей в кредит на оплату.

Помимо этого, по словам Гусаровой, банкротами часто становятся неудавшиеся бизнесмены. С 2016 года число разорившихся предпринимателей растет, подтверждает Клян М.В..

По его рассказу, многие хронические должники разработали целую систему, которая позволяет им совершать финансовые операции по кредитам на сумму, вдвое превышающую их заработок.

Они занимают-перезанимают, у них целая система по кредитным картам, то есть они с одной кредитки снимают, гасят другую, ждут два дня, потом еще занимают — гасят. Один из наших клиентов подал на банкротство, чтобы в течение года ездить за границу. У него был долг в несколько десятков миллионов рублей в рамках уголовного дела, такие долги не списываются. Зато на время процедуры банкротства с человека снимают все ограничения на выезд за границу. Но в определенный момент эта система может дать сбой.

Так случилось с двумя братьями из Вологды Юрием и Василием (имя второго брата изменено по его просьбе). Оба работают водителями, банкротами стали с разницей в год. «Приходилось работать больше, я не справлялся уже ни с чем», — рассказывает Василий. По его словам, банки предлагали реструктуризацию, но отдавать кредит он уже не мог и в 2016 году начал процедуру банкротства.

Василию банкротство обошлось в 100 тысяч рублей — он продал свой автомобиль, чтобы заплатить за процедуру. Целый год Василий и его жена жили на минимальный прожиточный минимум в 11 тысяч рублей — это все, что оставалось у него с зарплаты. Василию после окончания процедуры списали все долги, кроме коммунальных. Его брат Юрий заплатил за банкротство 70 тысяч — по 5 тысяч в месяц. Но долги за коммунальные услуги у него так и не списали. Сейчас 50-летний мужчина платит за погашение долгов по «коммуналке» 10 тысяч рублей в месяц, в этом ему помогает его мама.

Анна вышла на работу продавцом в один из местных магазинов в Вожеге. Но зарплату пока не получает — деньги уходят финансовому управляющему, который выделяет Анне на жизнь около 16 тысяч рублей плюс 12 тысяч на содержание несовершеннолетнего ребенка. Это прожиточный минимум плюс пособие на ребенка. Сразу после признания банкротом звонки от приставов, банка и управляющей компании прекратились. Ее долги были списаны полностью, но процедуру банкротства завершат лишь через 6 месяцев. Тогда же с нее перестанут удерживать деньги.


«Все. С чистого листа жизнь, никому ничего не должна», — мечтательно говорит Анна!